временно недоступные / гипенгиофобия
в рязанской колонии для несовершеннолетних преступниц я была 2 года назад. в новооскольской – на прошлой неделе. по сути – экскурс в уже пройденное. ничего нового. только заключенных переодели. тогда на них были бордовые пиджаки и бирюзовые майки. сейчас – сине-голубые платья-халаты.

(девочки ходят строем парами за руку, режим 06:00-22:00 и никакой болтовни после, начальник колонии – как любимая бабу, в каждом сочинении про заветное желание – "хочу уйти по удо поэтому буду себя хорошо вести" и "пусть мамочка не болеет", в спальнях нечеловеческий порядок и подушки аккуратными парусами, на тумбочках у счастливиц – замусоленные мягкие слоники, глазенки через одни – отрешенные/любопытные, суп пюре котлета на обед – я в себя это засунуть не смогла, некоторые девочки в 15 – с оконченными двумя классами, полагается 90 минут телефонных переговоров в год, в библиотеке чаще всего спрашивают тюремные романы и классику в кратком изложении с картинками, хлопают как качественно отдирижированный оркестр, не знают кто такой цой – в караоке поют буланову, на производстве зарабатывают рублей по 700-900 в месяц, бежать даже не думают, молятся на письма "с воли", принимают душ раз в неделю, крестятся прямо в колонии, "самые красивые – убийцы".

по рассказам колониального психолога, дедовщины, побоев и секса в колонии нет
по рассказам отсидевшей (на месте они вещают только под надзором) – только и есть, что дедовщина, побои и секс

в россии всего 3 колонии для девочек
для мальчиков, по интернет-подсчетам, – 59

перед тем, как зайти за решетку, мы сунулись в местный магазин типа ларек – за кофе. интересно поговорили с продавщицей:
– вы неместные?
– ну, не особенно.
– а вы кто?
– музыканты, журналисты.
– в колонию что ли приехали?
– типа того.
– вечно им там все лучшее достается! мне бы тут хоть кто-нибудь спел.
*
между городами по жд-рельсам курсируют трамваи.
две радуги растут прямом из земли. как осока. как клубника. как патиссоны. быстро заканчиваются.
мне причудилось, как радуги где-то там глубоко-глубоко закольцовываются. и снова стало по себе.